Когда-то я то ли жил около Зала царств свидетелей Иеговы и каждый день наблюдал десятки счастливейших в мире людей, которые при встрече во дворике церкви обнимались, смеялись, и танцевали.
А сегодня мне повезло проходить мимо христианской церкви, и я видел там 50-метровую очередь. Вторник, утро, 20 градусов мороза, сто человек стоят в очереди в церковь. И по всей стране миллионы абсолютно непредсказуемых людей, уверенных, что морозы — это потому, что Крещение.
Сегодня утром они купаются в замерзшей реке, а вечером будут жечь в своих квартирах свечи, чтобы по воску догадаться, выйдут они замуж или нет. Мне, собственно, и дела никакого нет, главное чтоб пожары не устраивали. Но завтра что? А вдруг начнут забирать нормальных, работающих на благо общество людей в какие-нибудь закрытые монастыри? А вдруг введут изучение православия в школе? А вдруг власти станут православными? А вдруг заберут в собственность церкви памятники архитектуры? Меня это все как-то пугает.
И нас даже не охраняет милиция, хотя на встречу десятка пожилых очкариков в центре города приезжают два автобуса ОМОНа. Может, оно, впрочем, и к лучшему.
Знакомьтесь, — Джордж Карлин. Один из тех слонов, на которых стоит мировой стендап. Я хотел было написать, что Карлин — единственный живой классик стендапа, но он умер пару лет назад.
О ранних годах жизни Карлина рассказано в фильмах типа «Банды Нью-Йорка». Ну, судите сами. Карлин (Джордж Денис Патрик Карлин) родился в 1937 году, в Нью-Йорке, в католической ирландской семье. Отец, мелкий менеджер, бросил семью сразу после рождения ребенка. Карлин учился в католической школе в Гарлеме, ругался с матерью и убегал из дома, а как только достиг совершеннолетия, сбежал окончательно — служить радиотехником в ВВС (не Би-Би-Си) США. Карлина довольно быстро выгнали оттуда с формулировкой «непригоден для авиации», о чем он потом с гордостью вспоминал.
В 1959 году (шесть лет назад умер Сталин) Карлин начал делать стендап в маленьких техасских клубах и устроился работать на радио. На пластинках (стендап в Америке до сих пор издается на видео- и аудионосителях) того периода особенно доставалось ди-джеям, битникам и хиппи. Карлин быстро стал достаточно популярен: он часто появлялся на разнообразных телешоу, записывал альбомы ну и конечно гастролировал. Вот самый известный, пожалуй, материал Карлина тех лет — укуренный метеоролог (на английском). Приличный молодой человек. Кривляется себе, народ веселит.
В конце 1960-х Карлин отпустил волосы, мужественно проколол ухо, начал ругать правительство, от души ненавидя при этом хиппи и прочую либеральную сволочь — короче говоря, начал заниматься тем, за что мы его сейчас любим. Наркотики? Взросление? Дружба с легендарным-великолепным-недосягаемым-неповторимым (про него снял фильм Бобби Фосс) Ленни Брюсом? Кто знает. Но факт остается фактом — молодой Карлин и уже немолодой Брюс как-то ехали в одной полицейской машине.
Заметим кстати, что, в отличие от некоторых других стран, ненавязчивое преследование правительством в целом позитивно сказалось на карьере обоих.
Первый раз по-настоящему взорвал публику Карлин в 1972 году. Тогда он произнес перевернувший, возможно, историю американского ТВ монолог «Семь грязных слов»: shit, piss, fuck, cunt, cocksucker, motherfucker and tits. Карлина обвинили в посягательстве на мораль общества или что-то вроде того, но оправдали, и с тех пор на американских каналах можно материться. На какое-то время Карлин стал заложником этих самых грязных слов, стоит посмотреть только, как зрители требуют от него все больше и больше материться — но не стоит делать поспешных выводов. В контексте очень смешных монологов о смерти, любви и смысле жизни этот сюжет смотрится совсем иначе, благо, что к шоу «Again» 1978 года, в который вошел этот монолог, есть русские субтитры. Вот оно ВКонтакте.
«Again» — это всего лишь второе полнометражное шоу Карлина, у него впереди еще 30 лет выступлений, но уже здесь видны все те штуки, которым Карлин научил англоязычный стендап. Карлин, вслед за Биллом Косби, был пионером observational comedy, то есть юмора о маленьком мире привычек и быта обычного человека. Многие шутки Карлина, кстати, потом неумело перевел на русский язык Михаил Задорнов — я вот точно помню, как у Задорнова вдруг оказался сюжет про дебильный инструктаж по безопасности в самолете.
Плаванье — это не спорт. Плаванье — это способ не утонуть.
Послушайте, как Карлин говорит: это же поэзия. В переводе на русский язык выступления Карлина теряют магический блеск, но вот уж как стоит учить английский — так это по его выступлениям. Не выходя за рамки примитивного словаря, он очень четко выражает свои мысли. Учиться, учиться и еще раз учиться, — так сказал бы, кстати, сторонник минимализма в языке. Тема языка вообще была главной до конца его жизни, потому что, по мнению Карлина, скудость и глупость языка порождает скудость и глупость мысли. Да и вообще, больше всего он гордился тем, что тираж его книг достиг миллиона копий.
Со временем Карлин все больше и больше внимания уделял «большому миру» политиков, идеологий, влияний и идей. За что некоторые его не любят, справедливо говоря, что это часто не очень умно и почти всегда похоже на агитацию, ну а некоторые наоборот, радуются этому предельно личному отношению ко всему, что происходит в мире.
Есть ещё кое-что в этой стране, что меня достало — все эти идиотские разговоры о детях, которые я постоянно слышу. Всё то, что ты постоянно слышишь: «Помогите детям, спасите детей, защитите детей». Знаешь что? Да пошли они на хуй, дети! … И кстати, еще я знаю, что всем вам, скучным одиноким папашам и работающим мамочкам, которые мнят себя эдакими охуенными героями, это не понравится. Но кто-то же должен сказать, ради вашего же блага: ваши детки перехвалены и переоценены, вы превратили их в маленькие объекты культа. У вас фетиш такой — ребёнок, и это ни разу не здорово. … Все думают, что их ребенок особенный. … И ни один из этих детей не услышит правду о себе до 20 лет, пока босс не придет и не скажет: «Бобби, забирай свои вещи и уебывай отсюда нахуй, ты — неудачник».
Бытовой юмор и грязные слова становятся в 90-е и позже предметом эдакого антиюмора — Карлин в каждом шоу отпускал пару-тройку абсолютно несмешных отвратительных шуток чтобы так, поржать над самой обстановкой, когда вы приходите в зал посмеяться над какой-нибудь херней. К этому рано или поздно приходят все нормальные комики.
Вот начало шоу «Jamming in New York» (1992), за которое Карлину вручили вторую его премию Грэмми. Заметьте, как он, выйдя на сцену, молниеносно начинает прыгать сразу по всем больным мозолям. Какое-то другое шоу начиналось с того, что Карлин заходил на сцену прямо с улицы, скидывал черную куртку и тут же начинал жечь.
Дальше у нас конец того же шоу, известный под названием «Планета в порядке». Всем либералам, веганам, зеленым и антиглобалистам посвящается.
«Религия — херня», — это часть самое желчного, самое злобного и самого политически острого шоу «You Are All Diseased» (1999). К концу века Карлин только пришел в себя: в 1997 году умерла его горячо любимая жена, сам он перенес уже какое-то чудовищное количество инфарктов, сидел на викодине и алкоголе, короче говоря, это было тяжелое время. И тяжелое шоу, совсем не юмористическое.
Отрывок из этого выступления засунули в параноидальный конспирологический идиотский фильм «Дух времени», ну а Карлин, думаю, был бы против. Он говорил, что если ему захотят приписать любую идеологию, он будет против, потому что если ты знаешь решение проблемы — ты часть этой проблемы. Карлин ничего не знал. (Хоть это, конечно, и кокетство).
Вот отрывок из последнего шоу Карлина, «It’s Bad For Ya». Заметно сдавший после очередного инфаркта и наркологической реабилитации, Карлин говорит о том, что на самом деле значит патриотизм. (Не упуская, конечно, случая, поиздеваться над религией и идиотами, ну это уж святое). У нас в России быть патриотом почти что незаконно, поэтому это выступлением может показаться не таким актуальным. Но если вы действительно хотите понять, что может для американца значить Америка — добро пожаловать.
Каков итог? К концу жизни Карлин превратился почти что в проповедника, для которого шутка — это способ убедить слушателя. Впрочем, при некотором размышлении можно понять, что это и есть отличительная черта хорошего стендапа. А Карлин — это без сомнения хороший стендап. В списке ста лучших стендап-артистов всех времен по версии Comedy Central Джордж Карлин занимает второе место. Он записал четырнадцать полнометражных стендапов и написал семь книг, вел первый выпуск Saturday Night Live, а сколько раз появлялся на телевидении, наверное, никто и не знает. Это легенда.
Желательно посмотреть пару шоу целиком, все-таки стендап — это жанр примерно часового выступления со своей композицией, предполагающей развитие разных мотивов и ядреную концовку, логично вытекающую из всего предыдущего выступления, а не набор миниатюр. Я бы посоветовал «Jammin’ In New York» (1992) и «It’s Bad For Ya» (2008), они с русскими субтитрами. Там же, Вконтакте, остальные переведенные неизвестными доброжелателями шоу. Мне еще очень нравится «You Are All Diseased», но русских субтитров я к нему не нашел. И да, если вам не нравится политика — смотрите раннее.
Карлин умер через полгода после записи последнего шоу, в июне 2008 года. А шоу тем временем продолжается.
Люди не боятся смерти. Они же не боятся быть мертвыми, они боятся умирать.
… [после похорон] рано или поздно кто-то гарантированно скажет: «Вы знаете, я думаю, что он сейчас там, наверху, улыбается нам. И я думаю, что ему хорошо». … И почему это никто никогда не говорит: «Я думаю, что он сейчас там, внизу, улыбается нам»? Видно, людям никогда не приходит в голову, что их любимые могут оказаться в аду! Ваши родители могут прямо сейчас быть в аду, особенно отец! … Родители в аду… мне этот вариант нравится больше. А дед с бабой в аду — представьте себе это… Представьте свою бабушку в аду — жарящую пироги без духовки. И если бы кто-то попал в ад, то я очень сильно сомневаюсь, что он бы улыбался. «Я думаю, что он сейчас там, внизу, орёт нам. И я думаю, что ему охеренно больно». Люди просто не хотят быть реалистами.
Постоянно обновляемая библиография доступных в сети работ и выступлений самого умного и интересного философа в мире, Александра Моисеевича Пятигорского.
Маленьким детям показывали две куклы — Салли и Энни, которые игрались с шариком из мрамора. У куклы Салли — корзинка. У куклы Энни — ящичек. Перед детьми разыгрывается небольшой спектакль, к результате которого кукла Салли кладет шарик к себе в корзинку и уходит. А в этот момент кукла Энни забирает шарик из корзинки Салли и кладет его к себе в ящичек. После этого детям задается вопрос — первое, где сейчас находится шарик (чтобы убедиться, что ребенок все видел и понял) и второе, где будет искать шарик кукла Салли, когда вернется?
Ответ на этот вопрос, каким бы простым он не казался, имеет колоссальную важность для человечества. Как вам кажется, что говорят дети? А вот и неправильно! Все зависит от возраста ребенка. Если ребенку три или меньше года (или если ребенок болен аутизмом), то он говорит, что кукла Салли (которая ничего не видела) будет искать шарик сразу в ящичке куклы Энни. Другими словами, дети до трех лет не понимают, что их разум отличается от разума других и не имеют понятия о том, что человек может ошибаться. А к пяти годам человек вдруг понимает, что мышление других отличается, более того, это мышление можно предсказать. Они говорят, что кукла Салли будет искать шарик у себя в корзинке, ибо она его там оставила и не видела, как другая кукла его переложила.
Подобным же механизмом объясняются особенности детских рисунков в статье «Обезьяны рисуют как дети»:
по наблюдениям как В. Штерна, так и Л. С. Выготского, ребенок в полтора-два с половиной года всегда играет один. В раннем возрасте нет мотивации к тому, чтобы рисовать вещи похожими, узнаваемыми для других.
Вряд ли можно точно сказать, когда человек начинает отделять себя от мира и других людей. У людей мистико-религиозных воззрений отделения себя так и не происходит. Человек, верующий в бога, полагает, что Вселенной есть какое-то дело до него лично.
Мне нужно сто тысяч миллиардов триллионов тонн кремния! — Зайдите завтра, я приготовлю
Это Жан Эффель, французский художник, обласканный в СССР за добрые атеистические комиксы и развитие культурных связей между гниющей Францией и верной дорогой идущей Чехословакией. Больше всего удивляет диалогичность его восприятия мира. Черно-белые рисунки как бы говорят, что это не единственные цвета на планете.
Посмотреть «Сотворение мира» можно на специальном сайте. Его даже переиздал в 2006 «Издательский дом Мещерякова».
Белгородская птицефабрика «Приосколье» выпускает линейку продуктов «Халяль». Это «продукты питания, выработанные в соответствии с мусульманскими традициями» (вообще, в исламском мире существуют международные принципы сертификации пищевых производств; в иудео-христианской традиции всё держится, как я понимаю, на честном слове. Даже сервелат «Иерусалимский»).
Любопытно, что владельцы этой птицефабрики восстанавливают православные храмы, чтобы окрестное население могло «помолиться здесь о крепости душевных и телесных сил, мудрости, терпении и всесильной помощи Божьей». Это истинно православное терпение — рубить капусту на мусульманах и тратить её на миссионерскую деятельность?
Люблю детскую литературу. Раньше достать хорошую книгу было сложно, а когда это удавалось найти интересную читала ее запоем за один день. Сейчас при кажущемся разнообразии и множестве книг в ярких обложках на полках в магазине, оказалось не чуть не легче выбрать что-то достойное, написанное современными авторами. Чтобы так интересно, как тогда в детстве, но […]
