Совпадения
Jan. 28th, 2010 at 11:41 AM. [natabelu].
А вот однажды я придумала действительно отличный псевдоним для литератора: Бестселлинджер. Теперь если кто-нибудь так самоназовётся — знайте: у меня спёр, гад!
А Сэлинджер возьми да умри. Прям прочитал про Бестеллинджера, у них как раз в Америке день рабочий начинался, — и того. Слаб был старик. Ну для буддистов смерть — не более чем coming out.
Вы, кстати, читали «Ловца на хлебном поле» М. Немцова (Эксмо, 2008)? А «Обрыв на ржаном поле детства» Салинджера — С. Махова (Аякс ЛТД, 1998)? Или вам нравится остроумный, но стыдливый и женский пересказ Н. Галль? Что-нибудь кроме Галль есть в сети? Если человеку больше 15 лет, можно ли ему перечитывать «Над пропастью во ржи»?
| Salinger, «The catcher in the rye», 1951. | Райт-Ковалева, «Над пропастью во ржи», 1955. | Немцов, «Ловец в хлебном поле», 2008. |
| She wouldn’t walk right next to me when we left the sea lions, but she didn’t walk too far away. | Идти рядом со мной она не захотела — мы уже отошли от бассейна, — но все-таки шла неподалеку. | Когда мы от сивучей ушли, она рядом со мной идти не захотела, только держалась все равно где-то близко. |
| She sort of walked on one side of the sidewalk and I walked on the other side. It wasn’t too gorgeous, but it was better than having her walk about a mile away from me, like before. | Держится одной стороны дорожки, а я — другой. Тоже не особенно приятно, но уж лучше, чем идти за милю друг от друга, как раньше. | Шла как бы под одной стороне дорожки, а я по другой. не слишком роскошно, но всяко лучше, чем за милю от меня, как раньше. |
| We went up and watched the bears, on that little hill, for a while, but there wasn’t much to watch. Only one of the bears was out, the polar bear. The other one, the brown one, was in his goddam cave and wouldn’t come out. All you could see was his rear end. | Пошли посмотреть медведей на маленькой горке, но там смотреть было нечего. Только один медведь вылез — белый, полярный. А другой, бурый, забрался в свою дурацкую берлогу и не выходил. | Мы пошли посмотрели медведей на этом их холмике, только смотреть было особо не на что. Наружу там вылез только один, белый. Другой, бурый, сидел в своей, нафиг, берлоге и вылезать не хотел. Tолько пердак видать. |
| … | … | |
| That’s the whole trouble. You can’t ever find a place that’s nice and peaceful, because there isn’t any. You may think there is, but once you get there, when you’re not looking, somebody’ll sneak up and write ’Fuck you’ right under your nose. | В этом-то и все несчастье. Нельзя найти спокойное, тихое место — нет его на свете. Иногда подумаешь — а может, есть, но пока ты туда доберешься, кто-нибудь прокрадется перед тобой и напишет похабщину прямо перед твоим носом. | |
| I think, even, if I ever die, and they stick me in a cemetery, and I have a tombstone and all, it’ll say ’Holden Caulfield’ on it, and then what year I was born and what year I died, and then right under that it’ll say ’Fuck you’. I’m positive. | Проверьте сами. Мне иногда кажется — вот я умру, попаду на кладбище, поставят надо мной памятник, напишут ’Холден Колфилд’, и год рождения, и год смерти, а под всем этим кто-нибудь нацарапает похабщину. Уверен, что так оно и будет. |
Еще сегодня Бродский, и блокада, и холокост, и эти бесконечные некрологи абсолютно бесполезны, но только в первый день рождения Ельцина, в смысле первый день рождения после его смерти, на кладбище к нему пришло 10 человек. Десять!
